Сейчас: 2018-11-14 05:16:48

    Актуально

    Коллекторов от Делимханова не признали рэкетирами

    Переквалификация дела о вымогательстве активов у издателя Жукова спасла от тюрьмы его экс-партнера Евгения Каткова и силовиков из Чечни

    Оригинал этого материала 
    © "Коммерсант", 07.11.2018, Силовики не вымогали, а самоуправствовали, Фото: via "Новая газета"

    Сергей Машкин, Сергей Сергеев

    Вчера Замоскворецкий райсуд Москвы решил, что обвиняемые следствием в особо крупном вымогательстве полковник МВД Чечни Саид Ахмаев и старший лейтенант республиканского управления Росгвардии Лечи Болатбаев на самом деле виновны лишь в самоуправстве. Офицеры и три их гражданских подельника, для которых прокуратура просила по 7 лет колонии, были приговорены к символическим штрафам, однако решение суда их вовсе не обрадовало. Дело в том, что после обвинительного приговора оба офицера, до сих пор остающиеся в кадровом резерве своих ведомств, могут расстаться как с должностями, так и вообще со службой.

     

    Compromat.Ru
    Лечи Болатбаев
    [ИА "РБК", 06.11.2018, "Суд освободил охранников руководства Чечни от наказания за угрозы": Судья постановила назначить обвиняемым штрафы на сумму до 50 тыс. руб., однако срок давности по статье о самоуправстве уже истек, поэтому дело было прекращено, а штраф не взыскан. — Врезка К.ру]

     

    Приговор судья Наталья Чепрасова читала около двух часов, однако еще в самом начале своей речи, перечисляя фамилии обвиняемых, она назвала их «совершившими самоуправство», предопределив таким образом и свои окончательные выводы по делу. Обвиняемые заулыбались и стали осторожно показывать друг другу поднятые вверх большие пальцы рук, а предполагаемый организатор не подтвердившегося вымогательства бизнесмен Евгений Катков заключил в объятия стоящую рядом супругу.

    Последние фразы приговора внесли окончательную ясность в итоги проведенного расследования. Судья Чепрасова заявила, что переквалифицирует всем пятерым подсудимым обвинение с особо крупного вымогательства (п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ, до 15 лет лишения свободы) на самоуправство (ч. 1 ст. 330, штраф, исправительные работы либо арест до полугода). Каждого из них суд обязал выплатить штраф в размере 50 тыс. руб., а от наказания освободил в связи с истечением срока давности.

    Тем не менее сами подсудимые и их многочисленные друзья и родственники расходились из суда в полном молчании. Дело в том, что даже такой благоприятный исход (а обвинение требовало отправить фигурантов дела в колонию строгого режима на 6,5–7,5 года) поставил осужденных в сложное положение.

    Так, например, полковник МВД Саид Ахмаев в последнее время занимал должность старшего инспектора отделения обеспечения участия в деятельности антитеррористической комиссии при МВД Чечни. Учитывая огромный опыт 58-летнего офицера, проработавшего в системе МВД России три десятка лет, его не стали не только увольнять из органов после возбуждения уголовного дела, но даже сохранили за ним должность. Как говорят близкие господина Ахмаева, начальство «затормозило» только выплату ему зарплаты, поскольку с лета 2016 года офицер находился под арестом и не мог исполнять свои обязанности. Теперь, после вынесения обвинительного приговора, полковнику Ахмаеву, возможно, придется расстаться и с должностью, и вообще со службой. Впрочем, как оценит решение Замоскворецкого суда руководство МВД Чечни и его отдел кадров, пока неясно.

    В аналогичной ситуации оказался и командир взвода бывшего полка ППС по охране объектов нефтекомплекса при МВД Чечни старший лейтенант Лечи Болатбаев. Пока офицер находился под арестом, его полк вошел в состав Росгвардии, но и там старший лейтенант Болатбаев — опытный специалист по борьбе с терроризмом, мастер спорта по карате — сохранил за собой должность. Станет ли препятствием для дальнейшего прохождения им службы наложенный судом штраф за самоуправство, также непонятно.

    В сложном положении после приговора оказался и бизнесмен Евгений Катков, которого следствие считало организатором вымогательства у его бывшего делового партнера Константина Жукова. Предприниматели, напомним, совместно владели тремя активами — АО «Сетевое корпоративное агентство» стоимостью 40 млн руб., журналом «Аэроэкспресс» стоимостью 60 млн руб. и ООО «СТДжи Медиа» стоимостью 15 млн руб. По версии следствия, в 2016 году они рассорились, попытались разделить бизнес, а когда из этого ничего не вышло, стали искать силовую поддержку на стороне. Господин Жуков привлек на свою сторону авторитетных братьев Мовлада и Ахмеда Булгучевых из Ингушетии, а господин Катков — чеченских правоохранителей. Кавказцы в итоге договорились между собой и, как полагало раньше следствие, стали совместно вымогать деньги у Константина Жукова — за это все пятеро и получили соответствующие обвинения.

    Теперь, после двух лет и двух месяцев проведенных господином Катковым в СИЗО, бизнесмен, по его словам, оказался «на свободе у разбитого корыта». Все три фирмы взял под свой контроль его бывший партнер, выступавший все это время в роли потерпевшего по делу. Кроме того, согласно расчетам Евгения Каткова, из общего оборота компаний за это время были выведены порядка 200 млн руб.

    Отметим, что у осужденных, по мнению их адвокатов, есть право и реальный шанс обжаловать обвинительный приговор и добиваться оправдания в Мосгорсуде, которое решило бы все их проблемы. Замоскворецкий суд, по сути, отклонил версию обвинения о том, что на потерпевшего Жукова оказывалось силовое и моральное давление. Так, например, не подтвердились якобы высказанные фигурантами дела угрозы в адрес господина Жукова. На самом деле, как установила экспертиза, все разговоры с Константином Жуковым велись в формате «настойчивых просьб, побуждающих к определенным действиям».

    Версия следствия о том, что ингуши «подавляли волю потерпевшего», а более подкованные чеченцы оказывали на него юридическое давление, тоже оказалась под сомнением. По данным обвинения, Саид Ахмаев представлялся потерпевшему сотрудником управления СКР по Чечне, угрожая возбудить против должника уголовное дело о мошенничестве, однако якобы предъявленное полковником поддельное удостоверение следователя так и не нашли: суду была предъявлена его крайне низкого качества ксерокопия, на которой невозможно было различить даже лицо владельца. Лишь потерпевший Жуков «опознал» на черно-белой копии якобы реальное удостоверение «старшего следователя Ахмаева» — по золотым погонам на плечах, как заявил он следствию. Сам Саид Ахмаев утверждает, что никаких удостоверений потерпевшему не предъявлял, а лишь оказывал юридические консультации переговорщикам.

    ["Газета РБК", 07.112018, "Суд навел глянец на дело "Аэроэкспресса": Гособвинение не сумело доказать факт вымогательства, настаивала в ходе суда защита обвиняемых. Так, об угрозах известно только со слов самого потерпевшего Жукова; единственный присутствовавший при переговорах посторонний человек — допрошенный по делу официант бара «Аврора» в «Президент-отеле» — заявил, что не слышал никаких угроз и не видел, чтобы Жукову показывали оружие или служебные удостоверения, подчеркнул в прениях сторон адвокат Ахмеда Булгучева Ильяс Гиниятуллин. По его мнению, в основе дела — заведомо ложный донос Жукова. 
    Ничего незаконного не зафиксировано и на записях двух последующих встреч, которые вели оперативники МВД, настаивают защитники. Аудиофайлы были проанализированы экспертом-лингвистом. Единственные выводы, к которым он пришел, — что речь Каткова, Жукова и остальных «обладает признаками разговорного стиля» и между собравшимися возникла «спорная ситуация», которую они пытаются разрешить посредством переговоров. При этом аудиозапись, которую делал сам Жуков, была повреждена и не попала в материалы дела: в протоколах следствия это объясняется тем, что Жуков «наступил в лужу, микрофон был залит водой и перестал работать». 
    Еще один довод защиты в пользу недоказанности обвинения — то, что долговая расписка, которую Жуков якобы адресовал Каткову, хранилась и была изъята следствием у самого Жукова, то есть у должника, а не у кредитора. 
    До конфликта братья Булгучевы были друзьями Жукова. В переговорах с Катковым они участвовали изначально на его стороне, следует из изученных в суде материалов дела, показаний свидетелей и слов самого Жукова. Защита убеждена, что к переговорам их привлек именно Жуков, а Катков обратился к чеченцам, чтобы уравнять шансы. Но в дальнейшем братья-ингуши по тем или иным причинам приняли противоположную сторону. — Врезка К.ру]

    При этом ни сами осужденные, ни их адвокаты пока не решили, будут ли они обжаловать решение Замоскворецкого суда. По данным близкого к фигурантам дела источника “Ъ”, все они ждут, будут ли оспаривать приговор прокуратура и потерпевший. Если это произойдет, защитникам пятерых несостоявшихся вымогателей также придется нести в апелляционную инстанцию свои «встречные» заявления c требованием о полном оправдании своих клиентов и их реабилитации. Участники малозначимого преступления самоуправства, напомним, отсидели в СИЗО по два с лишним года.

    ["Медиазона", 06.11.2018, "Президент-отель", расписки и "главный чех". Почему чеченских полицейских, обвинявшихся в вымогательстве, осудили за самоуправство": В материалах дела приводятся показания двух человек, которые также встречались с подсудимыми из-за своих долгов. Московский бизнесмен Сергей Цвитненко рассказал, что 29 июня, примерно за час до первой встречи чеченских полицейских с Жуковым, они приезжали к нему в офис. По его словам, они представились сотрудниками СК и интересовались возвратом его кредита на 1,1 млн рублей. Бизнесмен ответил, что вернет деньги в оговоренный срок, и беседа закончилась мирно. Встреча была записана на камеру, установленную в кабинете Цвитненко, и диктофон. Но видео в суде не исследовали — Жуков рассказал «Медиазоне», что диск оказался поврежден, хотя в ходе следствия стороны ознакомились с его содержимым. В деле есть и расшифровка их диалога. 
    «У нас база в "Президент-отеле" находится, — говорил Болатбаев бизнесмену. — Работаем, коллекторская компания "Справедливость". С ними сотрудничаем. К нам обращаются разные люди через Делимханова Адама Султановича». Полицейский говорит, что они пришли «познакомиться, <…> услышать бы вас». 
    Напоследок Ахмаев уточняет, что они выполняют поручение «шефа»: «Вроде бы нас все знают в Москве, да и мы тоже нормальные люди, всегда люди долг отдают, никаких проблем. Мы здесь не собираемся руки выкручивать, но там указание, если нет, то поедем сейчас, дело возбудим и дальше будем в рамках уголовного дела работать. Просто вы должны понять, что к вам не просто люди с улицы пришли, а команда, которая известна, которая на высшем уровне работает и здесь решает вопрос. Раз мы пришли сюда, то у нас не бывает того, что мы не закрываем вопрос, мы всегда… Если вы к нам обратитесь, мы тоже по чести решим вопрос, по-чеченски». 
    Кроме того, в деле есть показания бывшего кассира ООО «Пайер» Станислава Гордеева. Руководство компании обвинило его в краже 1,5 млн рублей, которые он должен был получить от инкассатаров — в сейф-пакете вместо денег оказались листы бумаги. В начале августа 2015 года Гордеева отвезли в «Президент-отель». Там он встретился с Лечи Болатбаевым, который ударил его локтем в лоб и обвинил в краже, сказав, что деньги предназначались для строительства детского сада в Чечне, а потом заставил дать расписку уже на 50 млн рублей. «Пиши расписку, иначе утоплю тебя в этом бассейне», — цитировал кассир полицейского. По его словам, Болатбаев также «пригрозил, что если я обращусь в правоохранительные органы, то они изнасилуют мою супругу и похитят детей». Гордеев обратился в полицию, но как тогда отреагировали на его заявление силовики, неизвестно. На очной ставке уже в 2016 году Болатбаев говорил, что видит кассира впервые, но расписка, которую нашли дома у чеченского полицейского, ему «возможно знакома и была передана мне кем-то для передачи юристам». 
    По обоим случаям следователи отказали в возбуждении уголовных дел, не собрав достаточных доказательств вины Ахмаева и Болатбаева. — Врезка К.ру]

    Потерпевший по делу бизнесмен Константин Жуков сообщил “Ъ”, что не присутствовал на оглашении приговора, а для него самого решение суда стало очевидным уже после того, как прокуратура не стала требовать продления сроков содержания под стражей для обвиняемых. «Имелась совокупность доказательств, подтвержденная материалами дела, я не знаю, почему суд не учел всего»,— заявил господин Жуков. Приговор он назвал «странным», но добавил, что пока не решил, будет ли его обжаловать. «Была оглашена лишь резолютивная часть, а мотивировочную мы с адвокатами получим на днях, и надо изучить доводы суда»,— сказал бизнесмен. Он также сообщил, что по-прежнему находится под госзащитой, но теперь считает, что угроза его жизни «усилилась». Тем более что, по его словам, вопрос о сохранении за ним охраны пока не обсуждался.

    Яндекс.Директ